?

Log in

No account? Create an account
Макаров Владислав
makvlad
.............. ..................

August 2019
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31

Back August 11th, 2009 Forward

памяти Александра НЕСТЕРОВА (1954-2005)

альбом "Музыка на воде", (макАрт 025)
там так же на басу щвейцарец Жак Сирон, Юрий Зморович "Зморро" из Киева (см www.letov.ru/zmorro.html ) Ив Робер - тромбон, специальный гость.
дизайн, статья о событиях, фото в папке сканы


Jasques SIRONE - double bass, voice,objects,conductor
his ideas as The Neo-Kalinka Ensemble 1-9 tracks & 18
Alexandr NESTEROV- bass gtr, midi-guitar
Yury ZMOROVICH "ZMORRO" - sax, Trb, piano, percussion, objects
Vlad MAKAROV - cello, voice
& Ives ROBERT - trombone as the special guest on tracks 15, 17
track 10-14 MAKAROV-NESTEROV "Big Duo"
track 15 Robert-Nesterov-Makarov

на первом треке голос в мегафоне Жака Сирона, объявляющий о создании Нео-Калинка Ансамбля

записано в августе 1991 года
на пароходе в туре по Днепру в проекте с французскими музыкантами ARFI- Lion-Kiev


качать: http://rapidshare.com/files/266173813/Music_on_the_Water_320.rar.html


62.20 КБ

фото нам же на корабле Юра Зморро, Саша Нестеров, Влад Макаров

МУЗЫКА НА ВОДЕ


Броненосец Потемкин. Фото А.Родченко.

РУССКО-УКРАИНО-ФРАНЦУЗСКИЙ ПРОЕКТ И ЧТО ИЗ ЭТОГО ВЫШЛО. НИЧТО НЕ ПРЕДВЕЩАЛО ПУТЧ - И КОРАБЛЬ ПЛЫВЕТ. РУКА МОСКВЫ В ИМПРОВИЗАЦИОННОЙ МУЗЫКЕ. БРОНЕНОСЕЦ ПОТЕМКИН НА ПОТЕМКИНСКОЙ ЛЕСТНИЦЕ.

Ничто не предвещало беды. Киев нас встретил августовским благоуханием и звонким Крещатиком за гостиничным окном. Все обещало чудесное приключение, и из духа свободы должна была родиться необыкновенная Музыка. Мое участие в амбициозно-эпохальном украино-французском культурном проекте было обусловлено недостаточной радикальностью украинской музыкальной составляющей перед лицом авангардного французского вторжения на братскую славянскую землю, тогда еще не отделявшей себя от России и не озабоченной противоестественной тягой к западным либеральным ценностям.

На то время единственными авангардными музыкантами на Украине числились – мультиинструменталист Александр Нестеров и саксофонист Юрий Яремчук плюс небольшое их поддерживающее окружение. Юра Зморович - киевский чудесник, тамошний Волшебник Изумрудного Города, обладающий неуемным художественным темпераментом и опытом в самых различных областях и жанрах, таких как поэзия, театр, кино, перформанс, скульптура, музыка - пригласил меня для участия в проекте. Я приехал с раскрашенной в кровь виолончелью и красавицей женой в роли переводчицы и эксперта по французским заморочкам, с намерением сразиться с французами и показать, что наша новая музыка совсем не отстает от западной.

Вечером в грандиозных апартаментах имперской архитектуры какого-то ДК состоялась первая встреча с партнерами. Французы давали большой концерт, представляя на суд славянской публики всю свою изысканную духовную пищу.

В фойе я был представлен музыканту Нестерову, о котором был уже достаточно наслышан. Саша предстал светлым открытым юношей славяно-арийской внешности с горящим взором и полный энтузиазма наполнить мир невиданными звуками. Сразу стало ясно, что мы единомышленники, и мы мгновенно прониклись друг к другу симпатией и уважением. Саша уже побывал на Западе, на престижных канадских джазовых фестивалях, я же вернулся недавно из творчески удачного вояжа в Германию. Мы жаждали продолжить сотрудничество с западными коллегами. Гости ударили мощным звуком биг-бенда и поразили изощренностью более камерных проектов. Это впечатляло! Именитый тромбонист Ив Робер продемонстрировал феноменальную технику игры круговым, т.е. непрерывным дыханием, чем сразил нас наповал, а джаз-пост-панковый состав

« Сеs Messieurs » своим саундом, сэмплами и лупами, о которых мы еще не слыхивали. Французы представляли творческое объединение ARFI из города побратима Лиона и привезли большой музыкальный проект, включая живую музыку к демонстрируемому ими же легендарному фильму Сергея Эйзенштейна « Броненосец Потемкин». Но главная их идея была в том, чтобы показать фильм на Потемкинской лестнице в Одессе. Планировался вояж на теплоходе по Днепру с заходом в прибрежные города для дачи концертов совместно с нашими музыкантами, т.е. нами плюс еще несколькими специально подобранными киевскими джазовыми коллегами.

На утро в день отплытия мы узнали, что в Москве произошел ПУТЧ! Шел тот самый август 1991 года. На Крещатике происходило некоторое волнение, в воздухе запахло тревогой. Наше состояние трудно охарактеризовать, как неопределенное, скорее мутно-оболдело-вляповшихся-не-известно-во-что. Точно члены тайного общества мы собрались на квартире Юры Зморовича, напоминавшей кунсткамеру, и стали мрачно решать, как жить дальше. Алик Кан, приглашенный в поездку в качестве эксперта новой музыки из Петербурга, мрачно сказал, что пора эмигрировать! Несколько позднее после тех событий он действительно отбудет в Лондон. Тогда же он уедет только в Питер. Мы звонили в Москву Тане Диденко, которая жила возле Белого дома и была свидетельницей и даже участницей тех событий. Дело не обещало ничего хорошего. Так нам казалось даже в Киеве. Французы тут же предложили нам предоставить политическое убежище, если что… Правда, не понятно, где? На корабле? Но мы мужественно решили плыть во чтобы то ни стало, может быть прямо в Марсель.… Плыть в никуда.

И вот, корабль плывет! Днепр, до середины которого долетит не всякая птица, простирался перед нами. Ситуация крайне странная и неопределенная. Все сразу почему-то решили, что нам грозит опасность. Что может быть нам не стоит нигде останавливаться… Связи с Большой землей на теплоходе почему-то не было. Французы ловили своими приемниками вести из Москвы. Кажется, безуспешно. Тогда не было мобильных телефонов и у них.

Трое в Лодке - Юрий Зморович, Влад Макаров, Александр Нестеров на борту музыкального парохода в августе 1991 года.
"Трое в Лодке" - Юрий Зморович, Влад Макаров, Александр Нестеров на борту музыкального парохода в августе 1991 года.
Но в первый же день поездки произошла некоторая нестыковка музыкальных аспектов. Предполагалось и нам показать себя. К славянской команде сразу пристроился некий отщепенец во французском стане, швейцарский музыкант Жак Сирон. Большой человек, вида ландскнехта, особенно в обнимку с контрабасом. Мы подсобрались с силами и обрушили на публику шквал недифференцированных звуков невыразимой русской тоски, зубовного скрежета и бог знает чего в том же духе. Французы как-то притихли и растерялись, что-то потом, говоря о фри-джазе, оправдываясь перед нами, что и они когда-то были авангардистами и играли такую музыку. Нам это показалось подозрительным. В итоге состоялась премьера нашего квартета, состоявшего из Саши Нестерова на миди-гитаре, Юры Зморовича за роялем и саксофонами, меня с виолончелью и швейцарского друга с контрабасом. Кредо свое мы продемонстрировали бескомпромиссно. Но была и некоторая нейтральная зона между нами в лице нескольких украинских музыкантов, игравших традиционный джаз и не являвшихся нашими сподвижниками. Симпатичная хохлушка пела американские стандарты в аккомпанементе юноши известной национальности. Вечером в совместном джеме после пива к нам кое-кто присоединился из лионской братии. Но стало ясно, что музыки совместной у нас не получится.

Между тем французы сразу взяли дистанцию, проводя время обособленно в баре, не приглашая нас присоединиться. Зато наш новый друг, просто Жак, проявлял завидную энергию, репетируя с нами днем на верхней палубе. Он был добродушен и доброжелателен к нам, чего не скажешь об его отношении к французам. На то были основания, которыми он делился с Наташей, болтая с ней по-французски и галантно ухаживая. Потом он открыл тайну о настороженности в отношении к нам французов по причине подозрения, что блондинка-со-мной была агентом КГБ, приставленная для слежки за ними!!! Они явно были зомбированы американскими комиксами на эту тему. Мы говорили с Жаком на самые разные темы, вместе гуляли, играли свободные импровизации и совсем стали забывать о том, что происходило на берегу.

Первый джем на пароходе Жак Сирон - контрабас, Влад Макаров - виолончель и другие
"Первый джем на пароходе" Жак Сирон - контрабас, Влад Макаров - виолончель и другие
В огромном запорожском Дворце культуры при набитом зале мы показали поочередно свои программы, а затем по замыслу эксцентрика Зморовича разыграли совместный перформанс с французами, включавший веселый абсурдизм в духе курехинской «Поп-механики». Жить становилось лучше, жить становилось веселей. Уже в Днепропетровске в парковом концерте мне удалось расколоть на совместное музицирование великого тромбониста Ива Робера и заставить его играть настоящую импровизационную музыку. Бескомпромиссную и радикальную. Так мы старались разрушить стену отчуждения между нами.

Тем временем мы подплывали к Одессе. Нас ждала огромная Потемкинская лестница. В ночь накануне мы дружно гуляли по перестроечному городу, наполненному весельем и беззаботностью. Здесь был вольный город, и никто не заморачивался российским путчем. А в нас победила музыка, и мы оставили политику на потом. Эмигрировать во Францию уже не хотелось.

И вот внизу, в основании Потемкинской лестницы установлен огромный экран, куда будет демонстрироваться фильм « Броненосец Потемкин». Народ заполняет лестницу. Полный французский комплект музыкантов начинает играть музыку в стиле Jesus Christ Superstar на радость многочисленно расслабленной алкоголем и августовской негой публике. Ужасы эйзенштейновского повествования как то не совсем соответствовали американскому колеру музыки. Известно, что тема революционного корабля очень волнует западных интеллектуалов и до сих пор, но бунтующие матросы, демонстрации народных масс, революционный пафос явно не соответствовали настроению одесских масс в тот вечер 1991 года. Нам, наблюдавшим это со стороны, было не по себе от происходящего. Казалось, что публика может не адекватно отреагировать на большевисткий пафос фильма в дни путча. Европейцы явно выбрали нетленные левые идеи не ко времени и не к месту. И мы это чуствовали позвоночником. Но все обошлось. Народ так до конца и не понял, причем здесь Броненосец, при чем тут рок-н-ролл, и тем более французы. Это поняли только мы. Что ни при чем !

Прощальным вечером все напились, и выяснилась французская, к нам русским, любовь, приоритет творчества над коммерцией и любовь к авангардной музыки с обеих сторон. Слезно расставаясь, мы клялись в пламенном сотрудничестве на следующий раз. Но другого раза как водится не случилось.

Владислав МАКАРОВ




на пароходе: Жак Сирон со своим контрабасом возглавил наш проект!

Back August 11th, 2009 Forward